Владимир Худяков:

В том, что спас трех человек из огня, он признался коллегам не сразу и по весьма оригинальной причине. Глаза из-за дыма были красные — не хотел, чтобы на работе заподозрили в похмелье. Майор внутренней службы Владимир Худяков вообще оригинал. Например, любит мультики и еще подшутить над подчиненными. Хотя работа - а он начальник отдела безопасности исправительной колонии №3 УФСИН России по Костромской области - к этому вроде бы совсем не располагает.  

- Вы, говорят, военным хотели стать. И служите уже двадцать лет. Но в колониях.
- На самом деле мечтал юристом быть. Может, хотел защищать людей или наказывать - не знаю (улыбается). Но после школы пошел в сельхоз-
академию на зоофакультет: мама сказала, что деревенских берут без экзаменов. Я же из Сущева. В сельхозакадемии год всего проучился. Провалил экзамен по высшей математике. Можно было пересдать, но я забрал документы и ушел в армию.
- И попали в одну из горячих точек.
- В Душанбе. Определенные события там в это время — был 1993 год — происходили, конечно: конфликтовали федералы и бандиты. Вовчики и юрчики их почему-то называли. Я служил в составе миротворческих сил. Обстреливали и нас, но нам нельзя было открывать огонь — мы же миротворцы.
- Как после армии в колонии оказались?
- Помыкался-помыкался в поисках работы и пришел в ИК-1, мужскую строгого режима.
- Первое впечатление помните?
- Подумал: «Куда я попал?!». Но через месяц-полтора привык. Интересно стало. Криминогенную ситуацию в стране начала 1990-х помните? Понятно, что и колонии в то время очень отличались от сегодняшних. И смотрящие были. И порядка меньше. Заключенные режим нарушали. А сотрудникам при этом зарплату задерживали.
- Искушения были?
- Меня быстро научили. Заключенные - психологи отличные. За несколько дней человека раскусят. Приходит новый сотрудник — начинают обрабатывать. Предложили нарды. Я никогда не играл даже. Но красивые - захотелось. Сделали нарды для меня. Но вынести их из колонии я не смог — оперативники сработали. Оказалось, заключенные сами же меня и сдали. Это научило на всю жизнь: между ними и мной есть барьер, который нельзя переходить.
- Вас эти «психологи» как обработать пытались?
- С элементарного начинали — конфеты предлагали. Я отказывался: «Сам куплю». А у нас, к сожалению, были сотрудники, которые подарки брали. Еще подходили: «Зачем тебе это нужно? Посмотри, как мы живем на воле». Я отвечал, что лучше буду на свою зарплату жить, но ровно. Первый год они ко мне присматривались. Потом поняли, что за человек - больше предложений не поступало.  
- Вы после одиннадцати лет службы в мужской колонии перевелись в женскую. Разница большая?
- Я с 2005 года в женской колонии служу, но до сих пор не привык. С мужчинами наработал все приемы. А женщин понять трудно: разные все. Настроение у них каждый день меняется. Сегодня рыдает: «Уберите меня из этого отряда», на следующий день все хорошо.  Была у нас одна заключенная, которая, пока в штрафном изоляторе сидела, даже зашила себе рот.
- Зачем?!
- В качестве протеста. Требовала перевести в другой отряд. Может, поближе к подруге.
- Швы разрезали?
- Сама разрезала через два дня.
- А ела как?
- Она всего два стежка сделала - так, чтобы дырочка осталась. С женщинами, конечно, сложнее. Мужики прямолинейнее. Если сдают, так сдают. Женщины хоть и болтушки, редко чужие секреты выдают. Если не понравится кто-то, придет, нарассказывает про нее. Проверишь — из всего этого лишь три процента правды.
- Зато в женской колонии криминала меньше.
- Это точно. Здесь группировок нет. Но женщины хитрее. Например заключенная на волю мужчине в письме посылает не свое фото, а какой-нибудь красотки. Он ей, пока та сидит, посылки отправляет, переводы. Приезжает встречать даму, а ее и след простыл - вчера освободилась.  
- За десять лет состав в колонии изменился?
- Сейчас в Прибрежном отбывают срок впервые осужденные. Так что  много заключенных с высшим образованием. Тех же юристов, которые сидят за мошенничество. И самим сотрудникам уровень подготовки другой нужен. Раньше сказал — исполняют. Теперь просят: «Обоснуйте».
- Так вы на юриста все-таки выучились?
- Да, сначала техникум окончил, а потом и юридический факультет госуниверситета.
- У вас не только заключенные — дамы, но и сотрудницы. С ними как справляетесь?
- К каждой свой подход нужен. Они же контролируют то, как в колонии режим соблюдается, обыскивают отряды, досматривают заключенных... Это отпечаток накладывает. Все в беседе стараюсь решить. И с шутки начинаю, чтобы расположить. Хотя бываю и жестким. Приходится. Иначе коллектив расслабится. На эмоции меня легко раскрутить. Но я быстро остываю.
- При этом любите разыгрывать подчиненных.
- Есть такое. Но безобидно. Один раз за премией человека послал: «Чего сидишь? На тебя там ведомость лежит». Он срывается, убегает.
- Жестоко.
- Я же не со злости. Мне не нравится, когда народ смурной. Хочется поднять настроение, чтобы люди улыбались.  
- Не боитесь, что коллеги верить перестанут?
- Случается и такое. Они уже ждут подвоха. Я правду говорю, а мне в ответ: «Вы врете». -  «Я никогда не вру». - «Всегда» (улыбается).
- Осужденных тоже подкалываете?
- Шучу иногда. Но не со всеми. Одна как-то спрашивает меня, на месте ли оперативники. Я: «Да, только прежде чем заходить, ты условный сигнал дай - три раза постучи». Слышу — стучит (смеется).
- Вы почти двадцать лет в колониях. Не пожалели?
- Врать не буду: случаются моменты, когда думаю, что надо было пойти куда-нибудь, где попроще. Но в целом не пожалел. И считаю, что за двадцать лет не сильно деформировался.

 


- В смысле?
- Сотрудников нашей системы можно отличить по манере поведения, жестам и по тому, как они говорят.
- Перенимают манеры у заключенных?
- Конечно. И интересы у некоторых только к колонии сводятся. Когда собираемся с коллегами, мне интересно поговорить про политику, рыбалку. А они — все про колонию.
- Как отвлекаетесь, чтобы не деформироваться?
- В основном сельским хозяйством — огород у тещи есть, свиней держит. Вот и помогаю. Еще рыбалку люблю. Так, чтобы с палатками, на несколько дней. Но цели поймать побольше нет. Скорее, посидеть спокойно, посмотреть на окружающую красоту. Правда, сейчас рыбачить особо не успеваю.  
- Зато, говорят, в кино раз в месяц всей семьей ходите.
- Стараемся. На ужасы не ходим. Чаще на детские фильмы или мультики. Мультики я особенно люблю. Наши, советские. Каждое утро, когда собираюсь на работу, включаю телевизор - канал, где их показывают. Заряд, что ли, какой-то от них получаю, не знаю.
- Дети с вами смотрят?
- Дети как раз на них внимания не обращают. А я мультики с детства люблю. Думал, что один такой. Но недавно встретил еще одного любителя. Жесткий человек, Чечню прошел. А тоже мультики предпочитает.
- Мне еще рассказывали, что вы готовите отменно.
- Но редко. Каждый день не могу - мне нужно вдохновение. Рецептов не читаю. Ничего не взвешиваю — все на глаз. Сам что-нибудь придумываю. Мясо, плов, суп могу сделать так, что у жены не получается.
- Поделитесь любимым рецептом.
- Это плов. Конечно, лучше из баранины. Но если ее нет, беру любое мясо. Сначала обжариваю косточки, чтобы дымок появился. Еще отдельно жарю мясо. Отдельно зервак: это лук, морковь и специи. Рис варю. Потом уже все перемешиваю в казане или кастрюле и подаю. Так меня в Душанбе научили готовить. Мясо у меня шикарно получается. С рисом иногда промахиваюсь — разваривается до каши (улыбается).
- Опять из «агентурных данных». Вы перед Новым годом трех человек на пожаре спасли.
- Ночью как-то постучали в дверь. Отрыл — в подъезде пелена дыма. Своим сказал мокрые тряпки на дверь положить и остаться дома. Сам намочил полотенце и побежал в подъезд. Горела квартира на втором этаже. Не знаю, что меня толкнуло — бросился туда. Не видно ничего. На ощупь нашел сначала деда в туалете. Вывел. Потом бабушку. А потом и их сына. Под ним матрас горит, а он спит - пьяный. Здоровый детина, но вытащил. Силы откуда-то взялись. В общем, к приезду пожарных все потушил.
- Вы из всех соседей один решились в горящую квартиру зайти.
- Не думал тогда об этом. Потом уже понял, что если бы там что-то обрушилось, меня бы никто не спас.   
- Спасенные отблагодарили?
- Поджигатель потом дома и не появлялся — боялся. А деду с бабкой все равно: они любители выпить.
- Это ведь не первый случай, когда вы жизнь спасли?
- Как-то, после армии, из воды сестру двоюродную вытащил. Но самый безрассудный поступок был в школе. Мы по осени рыбачили на понтоне. Понтон оторвался. Ребят на нем понесло по реке. Я плот соорудил и снял их с понтона. Не знаю, зачем — спасатели быстро на катере пришли. Так что ребятам ничего не угрожало.
- Голову отключаете и бросаетесь на помощь?
- Она сама отключается (смеется).
- Вы, я смотрю, оптимист.
- Из любой ситуации есть выход.  Думаешь: все, край. Ан нет. Хоть маленькая зацепочка, да найдется обязательно.

Елена ШИКАЛОВА
Фото Сергея Калинина

 

Досье

 

Владимир Худяков
Родился в 1974 году в селе Матвеевское Шарьинского района.
В 1991 году окончил Сущевскую среднюю школу,  в  1999-м – Костромской торгово-экономический колледж  по специальности «Юрист», в  2012-м  –  юридический факультет  КГУ им. Н.А. Некрасова.
В 1994 году после срочной службы в армии принят в ряды сотрудников уголовно-исполнительной системы на должность младшего инспектора исправительной колонии № 1. Постепенно продвигался по служебной лестнице.
В 2005 году переведен в исправительную колонию № 3.  С  октября 2011 года служит в должности начальника отдела безопасности ИК-3.
Женат, двое детей.

Партнеры