Весенний месседж Кирпичёва

У него вообще-то столько масок: захочет измениться — ни за что не узнаете. Вот как на этот раз: поэт, кинорежиссёр, винодел. Правда, одно ведущего мастера сцены всё-таки выдаёт: место встречи, которое изменить нельзя. Полоса «СП» - ну кому, как не Александру Кирпичёву, она готова регулярно посвящать себя? И где, как не на полосе «СП», Кирпичёв находит реплики по душе. Которые, кстати, знает наизусть — не хуже любой роли.

 

Рифма + ритм + мысль = поэзия
- Пока вы всей труппой цветы к памятнику Островскому возлагали, подумалось: не могут актёры драматурга с днём рождения поздравлять бескорыстно. Сознайтесь, просите ведь что-нибудь у Александра Николаевича 12 апреля?  
- Ну чего актёр может пожелать, стоя у памятника такому драматургу? Конечно же материала для себя! Вот говорят: нет маленьких ролей — есть маленькие артисты. Но, поверьте моему опыту, существуют роли, из которых вообще ничего не вытащишь. Хоть на пупе вертись, ни сам удовольствия от работы не получишь, ни зритель тебя не запомнит. То ли дело у Островского: каждый персонаж — характер! Такой бы драматургии как можно больше! Она же идеальный фундамент для трибуны, с которой актёр провозглашает зрителю свой месседж.
- Вы нынешней весной уж такой месседж провозгласили, что публика до сих пор отойти не может: Кирпичёв-то, оказывается, поэт!
- Не всякий говорящий на сцене — актёр. Не всякий пишущий в столбик — поэт. Я на поэтическую нишу ни в коем случае не претендую. Бывает, хочется что-то записать — записываю хоть на салфетке. А потом эту салфетку могу благополучно где-нибудь оставить. Мне понравилось, как «Северная правда» в статье про премьерный спектакль написала: «Рифмы Александра Кирпичёва». Не стихи, не тексты, не слова — именно рифмы. По-моему, очень точно сказано.
- А ещё «Северная правда» отметила: рифмы — мастерские.
- Я не могу по-другому: либо — профессионально, либо — никак. Поэтому каждую рифму подгоняю: мне не нужна «палка — селёдка», «рвакля — пакля». И вообще, в поэзии, по-мое-
му, должны быть безу-
пречны три вещи: рифма, ритм и мысль, получающая развитие от первой строфы к последней.

 

В соавторстве с Шостаковичем
- Теорию стихосложения Кирпичёва, наверное, уже весь театр знает? Раз тексты песен для спектакля «Ура! Усы!» вам поручили написать.
- Вообще-то я тексты песен для спектаклей уже не раз писал. В «Дуэнье», например, сочинил финальную песню и песню своего Исаака Мендосы.
- Сам о себе не напишешь...
- Мне не очень понравился тот материал, который сначала предложили. И я переписал текст своей песни так, чтобы мотив не пришлось менять. Только уговорил композитора добавить рефрен: «Умница Исаак, бестия Исаак...». В сказке про пиратов мои три-четыре песни, в «Сказке старого замка» - песня Трубочиста. А тут как-то с Еленой Владимировной (Елена Сафонова — режиссёр спектакля «Ура! Усы! И прочий милый вздор!». - Д.Ш.) по-дружески общались, я поинтересовался, как дела с новым спектаклем обстоят. Она ответила, что вырисовывается музыкальная история: «Нам тексты песен нужны. Возьмёшься?». Я согласился.
- И соавтор Шостакович вас не смутил? 
- Конечно, я был обескуражен: Шостакович совершенно не песенный композитор. Сложно было поначалу уловить ритм, невозможно всё это в строчки уложить. Но потом мы с Дмитрием Дмитриевичем нашли-таки общий язык. 

Прорыв в другую реальность
- Вот уж чего-чего, а азартности вам не занимать. Её невооружённым глазом из партера видно.
- Да, я безумно азартный. Хотя, что касается игры, ни один автомат от меня не получил ни копейки. Помню, приехал как-то приятель из Америки, затащил меня в казино и уговорил поставить две фишки. Они тут же куда-то ушли — и я со спокойной душой удалился в бар: ждать, когда товарищ доиграет. Так что ставить на карту всё — не мой случай. Это притом, что юношеские стихи — прямое подражание Есенину!
- «Замусолю в зубах сигарету, кепку сдвину подальше от лба...»
- У меня одно время плащ и кепка были — ну совершенно есенинские! И когда эти строчки писал, всё представлял себе... Причём о сознательной стилизации даже не думал: «Дай-ка напишу под Есенина!». Просто зачитывался им. Многое до сих пор наизусть знаю.
- Если Есенин в вас пока не умер, значит, от идеи «всё крушить от столба до столба» вы тоже не отказались?
- За рамки, конечно, бе-
зумно хочется вырваться. И творчество - это попытка прорыва в другую реальность. Но ведь человеку вместе с горячим сердцем холодная голова дана не зря: на каждое «Но!» обязательно есть своё «Тпру!». Этакий контролёр, который время от времени призывает: «Спокойно! Сейчас мы Есенина выключаем!» (Смеётся.)
- «Выключенный Есенин» вдохновению не вредит? Творчество же — всегда страсть.
- Иногда любовь. Страсть бывает жестокой, любовь — никогда. Это по любви могут пожертвовать собственной жизнью. В страсти забирают чужую.

Приблизившись к Творцу
- Кстати о собственной жизни. Вы как-то обмолвились, что из театра уйдёте лет через двадцать пять...
- И сяду за мемуары. Домик на Кубани, подсолнухи, виноград и... маленькая винодельня. Уж очень меня процесс создания вина интересует.
- Но здесь одного интереса мало, ещё и опыт нужен.
- Опыт есть. Когда-то я из черноплодной рябины ой какую настоечку делал! У меня бутыль была семилитровая, перчатка... Приходил каждое утро — здоровался с ней! (Смеётся.) Даже яблочное шампанское научился «производить».
- А кино вы случайно не под шампанское начали снимать?
- Просто на гастролях видеокамера под рукой оказалась. Сначала дурил. Потом стал отсматривать материал: вроде неплохо вышло. Освоил компьютер — там программа монтажа есть: дай-ка, думаю, попробую... Наложил титры — фильм получился. Теперь их уже пять-шесть: сельские гастроли, румынские, закулисье «Пиковой дамы»... А ощущение-то какое: ничего нет, и вдруг благодаря твоим усилиям что-то создалось! Согласитесь, сближает с Богом? 
- Бог ведь весь мир в одиночку сотворил. Мы от вас сольного проекта когда дождёмся?
- Да какой сольный проект? Сцена — мой главный проект. Ради неё я и живу на свете.
- Значит, единственный вариант — театр имени Кирпичёва!
- Вот уж сам своим именем точно ничего называть не буду. Если со временем окажется, что я такой чести достоин, пусть потомки называют. Но только не театр! Таблички на «Аллее признания» проспекта Мира мне вполне достаточно! (Застенчиво улыбается.)

Дарья ШАНИНА

Партнеры