Александр Шуршиков:

 

7

 

Я ракету обнимал чаще, чем жену

 

Космодрому Плесецк - вторым после Байконура «космическим воротам» страны, которые расположились в глухой тайге севера России, в этом году исполняется шестьдесят лет. Сегодня у нас в гостях ветеран космодрома, полковник в отставке, костромич Александр Шуршиков. Двадцать лет своей службы он отдал космическим войскам СССР и России, ковал ядерный щит страны и отправлял корабли в космос.

 

Досье

Александр Шуршиков
Полковник запаса.
Окончил Серпуховское училище РВСН (ракетных войск стратегического назначения) и Академию Генерального штаба.
В Костроме проживает с 1996 года.

 

Таинственный майор


- Александр Яковлевич, откуда вы родом?
- Мое детство прошло на Дону, в деревне Затишье, неподалеку от городка Задонск.


- Почему решили стать военным?
- Мечтал поступить в Харьковское летное училище. Мой отец прошел войну, плен, побеги, допросы. Показания тех, кто вместе с ним выходил из окружения, сошлись, это его и спасло. Потом едва не попал на Японскую войну. Вернулся в 1945 году. Его рассказы о войне, особенно о том, что происходило в 1941-м, произвели на меня сильное впечатление. Он ехал на фронт в составе пулеметной тачанки. Немцы разбомбили их эшелон. Он без слез вспоминать не мог.

 

Под Сталинградом погиб мой дядя, танкист Алексей Родионов. Мой старший брат уже в мирное время поступил в танковое училище. А еще напротив жила женщина, ее племянник был летчиком и заразил меня мечтой о небе. В шестом классе я принял решение пойти в летное и начал готовиться, хорошо учился, занимался спортом.


- А почему вместо летного училища вы поступили в ракетное?
- Весной 1968 года я прошел все комиссии, осталась последняя на сборах. Сидят генералы и рядом неприметный майор со стопкой личных дел. Он имел преимущество перед всеми генералами. Меня вызвали, и председатель говорит, что ко мне есть замечания, нужно срочно пройти лора. В итоге мне вынесли вердикт, что в пилоты я не прохожу. Только потом понял, что за всем этим стоял тот майор, уж больно я ему понравился, и он решил любым способом меня заполучить.


- Наверное, было очень обидно?
- Да, этот майор встретил меня после комиссии и предложил поступать в Серпуховское училище. Я тогда еще не понимал, какой род войск он представляет. Просветы на погонах голубые, думаю, значит, имеет отношение к авиации. Он мне говорит: «У нас тоже летают, только гораздо дальше и выше». В общем, написал я заявление, приехал домой и сказал матери, что не прошел в летное. Она обрадовалась: «Ну и хорошо, поступай в сельхозинститут». «Нет, мам. Я в другое поступаю, правда, еще не понял, в какое, но точно связанное с полетами».


Прошло полтора месяца, я окончил школу. Однажды мы с ребятами купались на Дону. Вижу, мама бежит: «Шурик, Шурик, скорей сюда, тебя вызывают в училище». Нужно было прибыть в течение двух дней. Отец молчит, мама плачет: «Хоть бы ты не поступил». А сама за меня молится. Приехал я в училище, вижу - самолет на постаменте, у меня настроение сразу поднялось. Там я и узнал, что оно ракетное, окончил его в 1973 году.

 

Начинал с гагаринских «Востоков»


- Вас сразу после училища направили на космодром Плесецк?
- Да, пятнадцать человек с курса. Я попал в испытательно-космическую часть на должность начальника расчета, где и прослужил 25 лет. В сорок стал ее командиром.


- Как вас встретил космодром?
- Приехали на станцию Плесецк, по бетонке добрались до города Мирный. На следующий день - в часть на мотовозе. У нас стояла пусковая установка и монтажно-испытательный корпус (МИК). Все космические аппараты, поступавшие на космодром, шли через них. В год мы готовили до тридцати ракет.


- А какие именно? «Союзы»?
- Сначала гагаринские «Востоки», потом появились и «Союзы». Ответственность страшная, вы не представляете, сколько ракета стоит. Некоторые узлы оценивались в десяток «жигулей». Я в то время ракету чаще обнимал, чем жену.


На кранах у нас работали солдаты. Когда он поднимает готовую ракету, а ты стоишь, смотришь и думаешь: не дай Бог уронит. Я пришел к командиру и предложил посадить на кран прапорщика. В общем, посадил. Приезжает генерал и начинает возмущаться, в чем дело. В итоге через два дня во все части пришло распоряжение убрать с кранов солдат и посадить прапорщиков.

 

«Семерка» до вероятного противника не доставала


- А какими были бытовые условия на космодроме?
- В нашей части служили почти полторы тысячи солдат, они жили в казармах. Мы имели две котельные, две столовые. Офицеры квартировали в гостинице, по два человека в номере. Семейным старались предоставить квартиры. Строили много, первого командира полигона чуть не сняли с должности за то, что он тайком строил дома.


- В архангельской тайге зимой температура может опуститься далеко за сорок градусов.
- Зимой очень холодно, ракета в МИК должна храниться при плюс пятнадцати. В минус тридцать открываешь створку, а это целая стена, и температура в помещении мгновенно опускается до минус пяти. Батареи и калориферы не спасают. Сами придумывали и делали обогрев.


- Александр Яковлевич, а зачем при наличии Байконура СССР понадобился еще один космодром?
- Плесецк создан в 1957 году как продолжение Байконура. США тогда нам угрожали. У них появился носитель с ядерным боезарядом, способный долететь до СССР. С Байконура королёвской ракетой Р-7 нельзя достать до их территории, дальность «семерки» составляла восемь тысяч километров. Что делать? И приняли решение параллельно со строительством Байконура начать возведение Плесецка. Первый старт появился возле реки Емца. А 17 декабря 1957 года на боевое дежурство встала первая ракета. С тех пор эта дата считается днем создания ракетных войск стратегического назначения страны.


В 1961 году появилось уже четыре таких старта. Там работали десять тысяч строителей. Представляете, нужно было провести железную дорогу, линии связи, и все это по непроходимым болотам, комары заедали.


Экипажи с… обезьянами


- Пилотируемые корабли с Плесецка не запускали, а с животными, насколько я знаю, старты проводили.
- Обезьяны летали. Их разводили в сухумском заповеднике. Резус-макаки, серенькие, голубоглазые, симпатичные и очень умные. Приезжали ученые и очень долго их готовили. Обезьян привязывали перед пультом с табло, там два рычага под передние и задние лапы и два мундштука: один справа, второй слева. Ей нужно было с помощью этих рычагов и пульта (на кнопки она нажимала пальцами) выполнить определенную программу.

 

Если ошибалась, включалась сирена и зажигалась красная кнопка, обезьяна начинала жутко нервничать. Ее успокаивали, кстати, очень ласково, и эксперименты продолжались. Если она делала все правильно, загоралась зеленая лампа, к обезьянке подъезжал мундштук, а там очень вкусное пюре. С помощью животных проверяли и вестибулярный аппарат, им вживляли в мозг специальные датчики из золотой нити. Я отправил шесть или семь экипажей с обезьянами.


- А почему не отправляли пилотируемые корабли с Плесецка?
- Во-первых, чем ближе к полюсу, тем грузоподъемность корабля ниже. Плюс в этих широтах рентгеновское излучение на большой высоте гораздо выше, потребовалось бы вложить много средств для обеспечения ракет защитой.


- Не секрет, что в Советской армии, особенно в семидесятых - восьмидесятых, существовало такое явление, как дедовщина. Вам пришлось с ней столкнуться?
- У меня дедовщины не было. Я прошел от лейтенанта до командира части. У тебя пять солдат, и ты видишь, что кабели таскает только молодой. Стоп, так не пойдет. Мы разработали систему. Солдатам положен отпуск, раз в месяц подводили итоги, если попался на грубости, неуставных отношениях, отпуска тебе не видать. А если ты вел себя достойно, хорошо работаешь, смену готовишь, поедешь в отпуск. Солдатам один отпуск положен, а у нас некоторые по три-четыре раза ездили.


Склады тоже закрыл, чтобы солдат не обирали. Сам поваров подбирал, предупреждал: будете воровать - вылетите из столовой. В итоге в казарме работали старшины и сержанты, а офицеры ночевали дома с женами.

 

С женой познакомились на отдыхе


- Расскажите о своей семье, как и когда поженились, сколько у вас детей?
- С женой познакомились на отдыхе. Я посмотрел на нее, она на меня. Пообщались, потом я ей написал и предложил выйти за меня замуж. Она согласилась. Зовут Ольга.


- А дети?
- Сын Алексей, живет в Тюмени, работает врачом. Дочь уехала в США, в Лос-Анджелес, работает в российском представительстве.


- Внуками уже порадовали?
- Да, внук и внучка, скоро ожидаем пополнение, у дочери должен первенец родиться.

 

Алексей ВОИНОВ
Фото Сергея Калинина

 

 

Партнеры