Губернская экспедиция: продолжение

 

 

Она вот уже семь лет заведует библиотекой в селе Владычное Нерехтского района. Сохранить историю родного края и память о героях-земляках Надежда Белова считает главной своей задачей.

 

А потом ушла в телятницы

- У вас тут, смотрю, в одном здании и сельская администрация, и почта, и библиотека.
- Это сейчас, а в тридцатых годах здесь был клуб. На месте почты висел экран. Здесь, где мы с вами стоим, наши папы, мамы, бабушки и дедушки танцевали по гармонь. Клуб кирпичный, что рядом, строили в шестидесятых годах - проводили коммунистические субботники.
- Вы местная?
- Родилась я в деревне Поздеево, неподалеку от Владычного. В школу за шесть километров пешком ходила. Потом выучилась на портного женской, мужской и детской одежды. Вернулась домой, замуж вышла и осталась здесь. Муж Сергей на трубном заводе работает. У нас две взрослые дочери и двое внуков.
- После возвращения работали по специальности?
- Нет. Первая моя должность - секретарь комсомольской организации в колхозе «Волга». Помню, в контору приходила во время выдачи зарплаты и просила, чтобы комсомольские взносы заплатили. Меня все ругали, а я стояла, как… ну, в общем, неприятное ощущение. 
- И вам это надо было?
- А я потом ушла в телятницы. И дома еще держала до четырех коров. Вставала в три часа ночи, дома коров подою и к пяти иду в телятник. Но колхоз обанкротился, пришлось заниматься своим хозяйством. Молоко продавали - ходили по квартирам. У нас все так жили, не только я. А сейчас на скотину здоровья нет. Куры только есть, да собаки и кошки. 
- А в селе стадо сохранилось?
- Есть голов тридцать.

Деньги на крест - всей деревней

- Как попали в библиотеку?
- Глава сельской администрации Георгий Трандафилов предложил. Пришлось три года заочно учиться в Костроме в культпросвет-
училище.
- Я знаю, что вы занимаетесь историей владыченской церкви.
- И не только владыченской. Раньше на каждом километре встречалась маленькая деревенька по пять-шесть домов, а на каждые полтора километра приходилось по церкви. Во Владычном - церковь Введения во Храм Пресвятой Богородицы, в Спасе - храм Преображения Господня, в Бартеневе - храм Николая Чудотворца. Еще один храм, Иоанна Богослова, тоже в Бартеневе, взорвали в пятидесятых годах. На его месте жители установили поклонный крест. Деньги всей деревней собирали. 
- В пятидесятых взорвали?
- Когда колхозы строили, нужен был материал. Кладку пытались разбирать, но она не поддавалась, тогда и взорвали. Люди рассказывают, что никто не соглашался - только один не отказался. Его отговаривали, но власти надавили. У него жена была беременная. Ребенок у них родился буквально без глаз, а потом и вовсе умер... 
- Откуда вы такие подробности знаете? 
- Расспрашиваю людей. Еще одна похожая история случилась во Владычном. В нашем храме Введения, в пристройке, стояла машина для переработки льна. И зачем-то потребовалось выкопать ямы прямо на месте могил на церковном кладбище. В итоге тот человек, который копал, сошел с ума.

Наш последний ветеран

- Вы интересуетесь не только церковной историей, но собираете документы о ветеранах Великой Отечественной. 
- Да, в год семидесятилетия Победы начала заниматься. Жители дают фотографии. Я копирую и им возвращаю. А это вот (показывает фотографии) мой дедушка Константин Маянцев. Говорят, на Есенина похож.
- Точно похож.
- Погиб в Ростовской области, похоронен в братской могиле в селе Верхнее Греково. Константин Гаморин, воевал в финскую. Александр Дубровин выучился перед войной на строителя, и работал в Ярославле, взяли там - даже с семьей проститься не успел. А это наш последний ветеран: Нина Капустина, телефонистка, скончалась в прошлом году.
- Для чего вы собираете эти материалы?
- Для книги памяти. Одну небольшую книгу нашего поселения уже выпустила. Главное, чтобы из памяти все не стерлось, чтобы помнили. И про храм во Владычном планирую такую же книжку сделать. Кстати, восстановлением нашей церкви занималась Клавдия Мясникова. Я ее спрашивала, зачем. Она говорит: «Мой брат совершил подвиг на войне, а я решила храм восстановить». Она сама ездила в епархию, искала спонсоров, материалы. Жители помогли, кто доской, кто на уборку пришел. Мусор и битый кирпич вытаскивали.

По улице, как по трубе

- Ваши места еще известны смерчем, прошедшем здесь в восьмидесятых. Все помнят Лунево, но и вашим деревням досталось. 
- Смерч проходил мимо нас по реке, в низине. В деревне Капустино бабушка с дедушкой погибли - там только один дом стоял, его и снесло. В Бартеневе дома смерч разрушил, а храм не задел, говорили, отвернул. В память о том происшествии во Владычном появились три улицы. Их построили, чтобы переселить людей из разрушенного Бартенева.
- А вы хорошо помните тот день? 
- Да, суббота была, я топила баню. Смотрю, над лесом черная воронка, ветер сильный, и она движется, сначала на нас, а потом вдоль леса обошла. Бревна словно галки летали.
- Чем еще кроме работы занимаетесь, есть у вас увлечения?
- Цветоводством, очень люблю. Муж мне прудик сделал. Он у меня мастер на все руки. Жаль только, вид села преображается. В последнее время пошла тенденция устанавливать двухметровые заборы - идешь по улице, как по трубе: людей не видно, ни с кем не поздороваешься. Я посадила цветы и хочу, чтобы все их видели, ведь они растут не только для меня.


Алексей ВОИНОВ

Партнеры