Михаил Антипин: А однажды меня попросили разработать логотип для Ильи Ковальчука


Почему к его собственным имени-фамилии поисковик упорно добавляет «известный дизайнер», Михаил Антипин, конечно, может не понимать. Но только в родной Костроме. В таких далеких Уфе и Екатеринбурге, Хабаровске и Владивостоке всем понятно вот уже лет пять: человек, «переодевший» здешние хоккейные команды (а заодно и лично Ковальчука) в форму, от которой даже за океаном в восторге, – не кто иной, как известный дизайнер. Такого грех не знать, Кострома.   

 

Дизайн не мода
- Михаил, вот с Ив-Сен Лораном или Кристианом Диором все понятно: одевали товарищи красивых женщин. А вы брутальных мужиков одеваете – неужели реально интересно?     
- Я вообще бы не стал сравнивать спортивный дизайн с высокой модой. И сам, как спортивный дизайнер, вряд ли хотел бы и сумел бы создавать обычную одежду. Только если уличного направления...
- А чем хоккейная форма не обычная одежда? Свитер – пожалуйста, шорты тоже.
- Во-первых, она состоит не только из так называемой мягкой экипировки: свитера, трусов и гамашей – чулок. Помимо мягкой есть экипировка жесткая...
- Но щитки, наверное, и в Африке щитки – их никакой дизайн не изменит. Вы же можете изменить только мягкую экипировку?
- Не только. Форма – это еще логотип и айдентика клуба в целом. И, поверьте, создать эмблему команды, ее фирменный стиль гораздо сложнее, чем просто разработать дизайн формы. Если я сделал для какого-то клуба только форму, даже в актив это не заношу. Форма ведь живет в среднем три года – и через пять лет о моем дизайне никто не вспомнит. А вот когда я создаю логотип, айдентику, это настоящая серьезная работа, о которой стоит говорить.
- Давайте поговорим. Создать фирменный стиль в хоккее значит найти цветовое решение, так? С фасоном ведь не поэкспериментируешь.    
- Почему же? Сейчас в тренде, например, атлетизм спортсменов: если раньше футболисты бегали в парусящихся футболках, то теперь форма плотно облегает тело. В хоккее атлетизм, конечно, тяжелее подчеркнуть, но реально. Международные бренды уже приходят к этому, отечественные пока отстают – и я в своих проектах пытаюсь исправить ситуацию. Хотя создать образ команды значит прежде всего найти уникальное сочетание цветов формы.
- А цвет в хоккее символичен?
- Такого, что один цвет обозначает одно, а другой – другое, в отечественном хоккее нет. Зато есть проблема – засилье бело-сине-красных клубов. Ну хорошо: белый нужен по регламенту – в нем играют в гостях. Но если зарождается новая команда, среди цветов ее формы почему-то обязательно присутствует или красный, или синий. И с этим я пытаюсь бороться: в ходе недавнего ребрендинга мне, например, удалось изменить образ хабаровского «Амура». Они были сине-белыми, а стали оранжево-черными – действительно «тиграми».  
- Интересно, как же до ребрендинга их логотип смотрелся – синий тигр?
- До ребрендинга у них был совершенно другой логотип – гималайский медведь, такой же, как на гербе Хабаровского края. Оранжевый тигр – уже моя идея. И, кстати, этот логотип был признан лучшим спортивным логотипом 2014 года в Штатах, причем впервые в истории премии ее получил не американский дизайнер. Северо-американская школа спортивного дизайна считается одной из сильнейших в мире, так что признание тамошних коллег мне особенно дорого.

 

Крутой дизайн и немного «цыганочки»
- С логотипом же, наверное, дело обстоит проще, чем с фирменными цветами: либо герб региона перерисовывай, либо от «прозвища» клуба отталкивайся – придумывать ничего не нужно.     
- Не все так просто. На гербе Уфы, например, изображена куница, а один из фан-клубов называется «Башкирские пчелы». Но на логотип уфимского клуба ни первое, ни второе не влияет: здесь схематично изображен Салават Юлаев – народный герой.
- Потому что команда в честь него называется. В общем, фантазии дизайнера разгуляться негде.
- Конечно, существует техническое задание, которому приходится следовать. Хотя сегодня мне все чаще доверяют: рисуй, как считаешь нужным. И вот здесь самое сложное – угодить болельщикам.
- А они причем?   
- Слабые отделы маркетинга часто предлагают выбрать дизайн айдентики болельщикам, у которых вкус, мягко говоря, не идеальный. Поэтому можно сделать что-то дизайнерски крутое, но это не понравится болельщикам – тогда конфликта с клубом не избежать. С другой стороны, можно сделать откровенную «шляпу», которая понравится болельщикам, и уронить свою репутацию. Мне кажется, я нашел золотую середину: в каждую свою работу обязательно добавляю немного «цыганочки» – разбавляю качественный дизайн чем-то таким...
- Помогает?
- Да, хотя именно у меня с болельщиками всегда непростые отношения: я, костромич, для них чужой. А если они еще узнают, что я болельщик «Локомотива», зачастую прямого конкурента их команды... Начинается на форумах: «Он такой дизайн специально создает, чтобы мы на фоне «Локомотива» даже внешне проигрывали» (улыбается).



Все от блога
- А в самом деле: костромич и хоккей – как такое возможно? У нас ведь даже ледовой арены до недавнего времени не было.
- Наш город победе Димы Билана на «Евровидении» радуется больше, чем победе российских хоккеистов на чемпионате мира. А я в студенческие годы вдруг купил коньки и начал кататься. Когда построили арену, еще и играть начал – в любительской команде «Айсберг». Тогда же обратил внимание на «Локомотив». Представляете, мне двадцать лет, а я еще только стал болельщиком: залезал на заборы, просил автографы. Бывало, на заборе висишь, а рядом детки одни (смеется).
- Значит, вашей первой любовью был тот самый «Локомотив»? Разбившийся.
- Да. 7 сентября 2011-го, наверное, самый черный день в моей жизни. Помню, отпросился с работы пораньше, чтобы посмотреть матч. Прихожу домой, включаю телевизор, а там... Через неделю после этого я женился, но, если бы свадьба была назначена на ближайшие выходные, я бы перенес церемонию. И после гибели ребят меня как-то отвернуло от хоккея: год не смотрел ничего.
- Но, согласитесь, одно дело – смотреть хоккей, а одевать хоккеистов – совсем другое. Из болельщика в дизайнера вы как превратились?  
- Вообще я графический дизайнер по образованию, окончил худграф. Профессия дизайнера предполагает, что ты докапываешься до мельчайших деталей, не имеешь права быть всем довольным. И вот, смотря очень много хоккейных трансляций, я стал вести блог, в котором описывал проблемы отечественного хоккея. Почему-то он оказался популярным: меня начали читать даже в Континентальной хоккейной лиге. И однажды читатель блога, который только что окончил университет по специальности «коммерция в спорте» и пришел в свой новокузнецкий клуб, предложил мне обновить форму «Металлурга».
- Первый проект не вышел комом?
- Вышел: мы мечтали о форме стального цвета, потому что Новокузнецк – город сталеваров. А получилась форма ужасно серая, как будто давно не стиранная (смеется). На следующий год я исправил ошибку: добавил белых вставок.
- Но от вас наверняка ждут не только красивой формы, но еще и «везучей».    
- Хоккеисты удобно устроились: проделаешь колоссальную дизайнерскую работу – все поначалу довольны. Но как только команда начинает проигрывать, сразу говорят: форма не фартовая. Со мной такого, слава Богу, не случалось, но в случае чего я бы сказал: может, это не форма – это тренер плохо поработал?  
- Раз вам доверяет сам Илья Ковальчук, значит, дизайн Антипина все-таки фартовый?
- Просто однажды ко мне обратилась компания «Форвард» – у них контракт с Ковальчуком – с просьбой разработать концепцию его фирменной айдентики. Логотип звезды обычно складывается из инициалов и игрового номера...
- А ваших инициалов на форме нет? Не «подписываетесь», как художники?
- У дизайнера должен быть фирменный почерк, узнаваемый и без подписи. Говорят, у меня он есть. А еще отцу на работе сказали, что в поисковике можно вбить «известный дизайнер Михаил Антипин» – и выйдет несколько страниц про меня. Почему-то за мной этот штамп, «известный дизайнер», закрепился. И почему? О своих проектах я вроде бы не кричу на всех перекрестках.
Дарья Шанина
Фото из личного архива Михаила Антипина

Партнеры