Александр Шестаков: Иногда стоит – кулаком в грудь

В честь такого себя надо бы в самые мощные барабаны бить. Но ударная установка, созданная под руководством Сан Саныча Шестакова, – и та совершенно бесшумна для окружающих. Как и другая его установка, профессиональная: юных изобретателей Шестаков уже десять лет воспитывает без лишней шумихи. А они с каждым годом  громче и громче заявляют о себе на всю страну.

 

Досье

Александр Шестаков
Родился в Костроме в 1986 году.
Сын поэтессы и прозаика Елены Шестаковой.
В центрах «Содружество» и «Истоки» обучает юных костромичей радиотехнике, электронике и программированию.
Изобретения воспитанников Сан Саныча ежегодно собирают дипломы всероссийских и международных конкурсов.


«Фантазия» из семи барабанов
- Александр Александрович, вот объясните: когда полвека назад пионеры шли в юные техники, было ясно почему – Гагарин впервые полетел, первый цветной телевизор появился. А когда в витринах чуть ли не каждый день новый айфон, сегодняшним мальчишкам к вам идти зачем?
- Самое интересное – это когда делаешь что-то своими руками. А если оно, сделанное тобой, ещё и начинает работать... Ну а то, что интересно, всегда имеет спрос: хоть в шестидесятые, хоть сейчас. Правда, именно сегодня интерес стал для ребят главной мотивацией. Раньше состоять в подобных объединениях было прежде всего модно – благодаря социалистическим лозунгам.
- Но, согласитесь, что-то «сделается» и тем более заработает не сразу. А на первом занятии вы им что – фокусы показываете?
- Есть такие технические разработки, которые сразу «цепляют», – это звуковые устройства и световые эффекты. Послушать громкую музыку на устройстве, сделанном своими руками, кому неохота? А когда вместе с этой музыкой ещё и мигает всё – вообще красота.
- Так приди в любой клуб...
- Да, но домой же никто не будет покупать лазерные установки, которые висят в клубах. Дорого.
- Вообще, о вашей «музыке» уже весь город наслышан. Даже губернатор оценил.
- Это из последних наших разработок – ударная установка «Фантазия». На ней Сергей Константинович и играл. Разработал барабаны мой ученик Никита Морозов, причём сам написал программное обеспечение – полностью, что называется, с нуля. За что дважды удостоился федеральной премии по поддержке талантливой молодёжи.
- Барабаны – и программное обеспечение?  
- В чём главное отличие современной радиоэлектроники от той, которая была раньше: сейчас электроника немыслима без элементов программирования. Установка Никиты состоит из семи барабанов, на которых играют точно так же, как на обычных – палочками. Но извлекают при этом не звук, а электронный сигнал, который потом уже обрабатывается на компьютере. И именно компьютер воспроизводит звуковой файл, соответствующий звуку барабана.
- А смысл?
- Наши барабаны покрыты мягкими материалами, вроде обивки, чтобы звук удара гасился. То есть они абсолютно бесшумны для окружающих. А музыкант может подключить к компьютеру наушники и репетировать. Или подключить любые колонки, вплоть до акустических систем эстрадного уровня, – и играть во время концерта.
- Кто-нибудь из профессионалов уже распробовал? В смысле, «разыграл»?
- Мы никогда не делаем проект ради проекта и этим отличаемся от других объединений. Раз создали ударную установку, она уже применяется в «Содружестве» музыкальным коллективом. Отзывы такие: играть можно, но только не быстрые композиции. А сейчас мы разрабатываем электронную духовую группу инструментов.

 

Патентование – больная тема
- Патентовать изобретения своих воспитанников думаете?
- О патентовании мне Сергей Константинович говорил, и в Москве об этом твердят постоянно. Я понимаю, что тот же Никита Морозов уже мог бы стать обладателем, как минимум, пяти патентов на свои программные продукты. Но это больная тема.
- Почему?
- Во-первых, я могу запатентовать наши изобретения только на себя, но это будет нечестно по отношению к ребятам. Во-вторых, формирование патентных документов стоит недёшево. Да, помочь могло бы учреждение, в состав которого входит наше объединение. Но нужно ли это учреждению, если авторами будут значиться Иванов, Петров или Сидоров? А если автором будет учреждение, это вряд ли нужно Иванову, Петрову, Сидорову. Ну а самим ученикам отдавать деньги на патентование из собственного кармана совершенно незачем.
- Но кто-то же патентует свои разработки?
- Они производственники – это перспективы. А мы запатентуем, например, электронный переходник с LPT порта на порт USB или токарный станок с числовым программным управлением, и дальше что?
- Логично. Но у маленьких техников всё-таки должна быть большая цель. Если не получить патент, тогда что?
- В этом-то и смысл дополнительного образования – сделать успешными всех ребят. Успешными в их понимании. Кто-то вкрутил лампочку, и она загорелась – здорово, а кому-то нужно получить Президентскую премию, и не второй степени, а первой, иначе он будет недоволен. И, конечно, каждому важно поучаствовать в конкурсах. Где-то с 2003 года появилась государственная поддержка, и мы начали выезжать за пределы области.
- Вы уж не скромничайте – «поучаствовать». Только с последнего Балтийского конкурса ваши ученики вернулись с тремя дипломами. Оказывается, «быстрых разумом Невтонов» в провинции рождается не меньше, чем в столицах?  
- Дело вот в чём: приезжаем мы в ту же Москву, а у половины участников вместо собственных изобретений радиотехнические конструкторы. Представляете LEGO? Так вот, многие действуют по этому принципу: просто соединяют заготовки. Мы же всё создаём сами – наверное, поэтому и занимаем первые места. А вообще, разброс очень большой: есть работы, сделанные на коленке из фанеры, обклеенные картоном, где всё подписано от руки. И есть сделанные с применением 3D-принтера.
- А где в сегодняшней России объединения юных техников вообще живы?
- В промышленных городах, где есть крупные предприятия, которые и являются их шефами. Центральная Россия, кроме Москвы, в этом смысле «в пролёте».
- Но у вас же нет «крупных шефов», а вы – есть.
- Большую роль играет то, что наше объединение – бесплатное. И чаще всего к нам приходят младшие братья или даже сыновья тех, кто когда-то здесь занимался. Я сам, например, впервые пришёл сюда учеником к Борису Петровичу Гончаренко в 1998-м – и вот остаюсь уже семнадцать лет. Хотя мог бы учиться на истпеде, но, если до сих пор ни о чём не пожалел, значит, выбор был правильный.

 

Перпетуум-мобиле и кулаком в грудь
- А как насчёт перпетуум-мобиле – изобретём когда-нибудь?  
- Давно уже доказано: невозможно, поскольку не бывает стопроцентного КПД. Так что бьются только фанатики и неверующие, а я реалист.
- Тогда скажите реально: ваши воспитанники создали что-то, о чём хочется крикнуть: «Гениально!»?
- Ну не такие уж мы гениальные (улыбается). Хотя ударная установка действительно впечатляет.
- Офисных работников «персональный» очиститель воздуха, наверное, впечатлит не меньше.
- Он не совсем офисный, скорее лабораторный. Допустим, в лаборатории двадцать человек пишут, а один решил попаять. Включил эту установку – она сначала засосала воздух, а потом профильтровала и выдала чистым. Польза для всех.
- А педагог опять в тени ученических побед. Никогда не хотели ударить себя кулаком в грудь?  
- Как говорят тренеры: победы наших воспитанников – наши победы. Хотя... Семь моих ребят за последние три года получили премию в рамках приоритетного нацпроекта «Образование». А я, как педагог, никак не могу получить. Поэтому, может быть, иногда и стоит – кулаком в грудь.

Дарья ШАНИНА
Фото Сергея Калинина

Партнеры