Радуйтесь каждому дню и любите свою землю,

призывает читателей «СП» наша 100-летняя землячка Мария Акутина

Когда государь Николай II с семьей и свитой в 1913 году осматривал павильоны земской выставки в Костроме, она уже била ножкой в материнской утробе. Когда первые маршевые роты резервистов отправились на (!) Первую мировую войну, она была в младенческих пеленках. Революция 1917 года застала ее четырехлетней девочкой, а первые колхозы  - пятнадцатилетним подростком. Великую Победу 1945-го она встретила уже взрослой тридцатилетней женщиной, а на ее время «бабы-ягодки» как раз выпала разбушевавшаяся в стране «кукурузная лихорадка». Летнюю Олимпиаду 1980 года она встречала и провожала будучи моложавой шестидесятипятилетней бабулей, а зимнюю Сочинскую 2014 года смотрела по телевизору в неполные сто.
Столетие со дня своего рождения наша землячка, жительница поселка Красная Поляна Островского района Мария Дмитриевна Акутина встретила в августе. Ее чествовали односельчане, сельский актив и местные власти. В эти же дни в гостях у нашей почтенной землячки побывал и корреспондент «СП».

 

Старшая сестра
«В семье нас, детей, было семеро. Тогда так принято было, - вспоминает Мария Дмитриевна. - Я -  старшая сестра, потому  - первая и главная помощница матери». Родители Марии Дмитриевны - Дмитрий Захарович и Ксения Яковлевна  - из простых крестьян. «Детство свое я помню хорошо. Отец и мать все время были в трудах. Скотины много держали. И хоть детей с малых лет приучали к труду, в семь лет я пошла в школу. Было это в 1921 году. Правда, проучилась я там всего два года  - родилась младшая сестричка и я стала ее няней».
Про свой «первый раз в первый класс» Мария Дмитриевна рассказывает подробно и с увлечением. Еще бы, именно там, будучи еще ребенком, она повстречала любовь на всю свою долгую жизнь. Программа советской власти по ликвидации безграмотности решалась в ее селе на базе бывшей церковно-приходской школы. «Учитель наш был из «бывших» - сын местного священника, Василий Михайлович Сахаров, - рассказывает наша собеседница. - В него, уже состоявшегося мужчину, я, семилетняя крестьянская девчушка, влюбилась без оглядки. И ни разу ему в этом не призналась, хотя уже потом мы несколько раз пересекались в районе. Он так и работал в образовании».

Главная по детям
Второй раз «образовываться» Мария пошла уже в колхозных тридцатых, когда в селе открыли ШКМ  - школу колхозной молодежи. Днем подростки работали в поле и на фермах, а вечерами ходили на уроки.
А потом, в задолго-предвоенные тридцатые, Машу с сестрой взял к себе в Кострому брат отца. Там он сделал серьезную карьеру: закончил партшколу, вступил в ВКП(б) и стал военным. Мария выбрала по тем временам престижную и значимую профессию  - поступила на курсы медицинских сестер. «Была возможность остаться в городе,  - говорит Мария Дмитриевна. - Дядя со своими связями мог легко меня устроить на чистую и несложную работу. Но в городе мне было неуютно  - захотелось вернуться домой. Вот и вернулась, на годы посвятив себя детям».
Первое, что поручили молодому специалисту Марии Акутиной, вернувшейся домой с дипломом медсестры,  - организация яслей в селе Займище. Тогда это была особо важная   задача. Женщины в те годы рожали часто, надолго отвлекаясь от работы в колхозах, поэтому детские ясли становились единственной возможностью хоть как-то разгрузить их от забот с детьми.

 


В Займище Мария (уже Дмитриевна) стала и заведующей яслями, и медицинской сестрой. Удачный опыт продвинул ее по службе, но... отправил в скитания. Новое поручение было не из простых: организовывать, а затем и инспектировать создаваемые в районе ясли и детские сады.
В любую непогоду, в дождь, жару и мороз, по проселкам и лесным тропинкам Мария пешком за многие версты обходила «подведомственные учреждения», одновременно как медицинская сестра помогая в лечении захворавших малышей. А вдоволь находившись, осела в Красной Поляне, где работала заведующей детским садом и яслями при бумажной фабрике, а после в фабричной конторе.

Жена милосердия
«Девушка я была видная. Поэтому от женихов отбоя не было. Пять раз ко мне сватались наши сельские ребята, и пять раз я давала отказ, - вспоминает Мария Акутина. - И лишь одному удалось меня уговорить. Было это в Ленинграде, куда я ездила на курсы. Так вот, выхожу я после учебы на улицу и вижу: стоит у забора наш деревенский парень Александр, меня дожидается. Специально ко мне приехал. Мне он, если честно, не очень и по сердцу был. Но нашел нужные слова, выгадал момент, и я, неожиданно для самой себя, дала согласие. Перед войной у нас родилось двое сыновей».
«Не скажу, что жили с мужем счастливо, - делится сокровенным Мария Дмитриевна. - Я даже войну встретила с облегчением, решив: вернется муж после победы  - жить с ним не буду. Никто же не знал тогда, сколько война эта проклятая продлится, сколько людей на ней погибнет, что она со всеми нами сделает».
Мужа своего Мария Дмитриевна с войны дождалась. Вернулся он инвалидом первой группы: без одной ноги и с почти не действующей, перебитой осколком рукой. И если со здоровым, вернувшимся с войны победителем Мария Акутина готова была расстаться, то израненного солдата, отца двоих своих сыновей она оставить не смогла. «Кем бы я была после этого? Как бы в глаза ему смогла такое сказать? Слава богу, пришел тогда живым. А что и за ним теперь уход нужен  - о том я тогда не думала»,  - говорит солдатская вдова.
А потом были еще пять мучительных операций на незаживавшей ноге и сорок два года ухода за искалеченным войной мужем, с которым после войны они нажили еще двоих сыновей.

Сердце матери
«В войну было тяжко и голодно, - со слезами в голосе рассказывает наша собеседница. - Особенно за деток - Роберта и Владимира было страшно и обидно. Помню у меня в хозяйстве был деревянный желоб. Я в нем тогда тесно месить приспособилась. Так вот, старший сын Роберт ручками как-то соскоблил с него остатки подсохшего теста, скатал маленький такой шарик, а потом со слезами прибегает ко мне и жалуется, что младший братик это тесто (его и было-то с ноготок) не удержался и съел!» Полных сто лет прожила женщина, а забыть этот случай, выкинуть из памяти это детское голодное отчаяние своего сына ей не удается.
Так вышло, что всех четверых своих сыновей Марии Дмитриевне Акутиной довелось пережить. Последнего, Владимира, не стало в 2013 году. Умер он, по вековым материнским меркам Марии Дмитриевны, «совсем молодым» - в семьдесят три года, после развода, до последнего своего дня находясь рядом с мамой и помогая ей во всем.
Тогда же одинокую бабушку органы опеки определили в Кострому, в интернат для престарелых. Но поменять деревенскую жизнь на размеренный ритм дома-интерната для Марии Дмитриевны оказалось не под силу. Под официальным предлогом поездки к своей единственной внучке в Ивановскую область 99-летняя Мария Акутина села в автобус и вернулась в родную Красную Поляну.

Радуйтесь каждому дню
Сегодня испытавшая горы горя и невзгод столетняя женщина живет под присмотром «хожалочки» Нины Горячевой  - дочери подруги своей далекой но не забытой юности. Та помогает и с готовкой, и с уборкой. Когда мы приехали в гости к Марии Дмитриевне, подруга-соседка как раз намывала в комнатах полы. «Она у нас не сдается, - говорит Нина. - Испытаний, какие достались Марии Дмитриевне, хватило бы с лихвой на несколько человеческих жизней. Вот Господь ей и воздает за это долголетием. А бабушка наша молодец, в субботу даже в баню сама дошла!»
Напоследок Мария Дмитриевна Акутина поделилась с нами секретом своего долголетия: «Берегите и жалейте друг друга. Радуйтесь каждому дню и любите свою землю, ведь длина жизни зависит не от количества прожитых лет, а от того, чем они были наполнены».

Водное безразличие
Уже на пороге прозвучала тихая просьба Нины Горячевой: «Не за себя прошу, а за Марию Дмитриевну и еще одну бабушку, по соседству живущую. Той восемьдесят семь лет исполнилось. А беда в том, что колонка для воды, что у дома моей подопечной, не работает. Поэтому за водой ходим через все село, хотя у многих ближайших соседей водопровод есть прямо в доме».
Колонка действительно через дорогу от дома столетней юбилярши и действительно не работает. Соседи Марии Акутиной показали нам обширную лужу вокруг колонки: «По всему видно, что трубу под водой порвало, и она потихоньку сочится наверх. А это значит, что расход воды идет впустую, что часть электричества для насоса поселение напрасно тратит». Оказалось, что у Марии Дмитриевны и трубы в доме есть, правда, не подключенные к сетям, - раньше и ванная своя была и раковина. А сейчас Мария Акутина старается принесенную воды экономить: «Одно ведро воды на три дня тяну, на моей «хожалочке» много воды не увезешь  - ей ведь тоже годов прилично!»

Андрей Нежданов
Фото автора

P.S. В небогатом Островском сельском поселении, куда «СП» направилась сразу же после визита к Марии Акутиной, нас встретил заместитель местного главы Александр Мазин, рассказавший о работе, проводящейся в эти дни поселением по подготовке котельных, ремонту водоводов и решении целого вороха прочих коммунальных проблем.
Увы, но почему-то на фоне всей этой бурной коммунально-хозяйственной деятельности глава поселения Анна Матвеева благополучно пребывала в месячном отпуске. Вопрос с неработающей колонкой у дома своей столетней односельчанки Александр Мазин пообещал решить в течение месяца.
Через месяц, 3 октября, «СП» обязательно наведет справки о том, выполнили ли местные власти свое обещание и обеспечили ли старейшую жительницу своего поселения и всего Островского района доступной водопроводной водой.

Партнеры