Леонид Петров: Эмоции стараюсь отключать

Недавнее наводнение на Дальнем Востоке затронуло всю страну. Специальный отряд Костромского ГУ МЧС отправился на помощь жителям Хабаровска и Еврейской автономной области еще в августе. Одним из участников ликвидации последствий наводнения стал спасатель Леонид Петров. На пятнадцать человек его команды пришлось десять километров дамб. Днем и ночью они были на первом рубеже. Сотни тонн песка и щебня прошли через их руки. Стихия не выдержала и отступила первой.    

 

Досье
Леонид Петров
Спасатель ОГКУ «Служба спасения ГО и ЧС»
Награжден знаком «Участник ликвидации ЧС», медалями «За содружество во имя спасения», «За спасение погибавших».
Женат, имеет двух дочерей 15 и 16 лет.
Спасателем стал в 1997 году.
Принимал участие в операциях по ликвидации последствий ЧС в Крымске, Туношне, на Дальнем Востоке и многих других.

 

Курс на Восток
- Наводнение на Дальнем Востоке началось в конце июля. Вы отправились на место уже в середине августа?
- Мы уехали 18 августа.
- Добирались долго?
Почти двое суток. Сборы дома были короткие. Попрощался с женой, дочерьми, погрузились с ребятами в автобус и поехали в Москву. Там нас ждал транспортный Ил-76. Около полуночи самолет оторвался от полосы и взял курс сначала на Красноярск - там дозаправились, а затем на Хабаровск.
- Оборудование и технику везли с собой?
- Да, надувные лодки, моторы, палатки, спальники, костюмы резиновые, лопаты. В Москве в самолет загрузили помпы для откачки воды, другую специальную технику. Следом за нами вылетел еще один самолет с гуманитарной помощью.
- Как вас встретили в Хабаровске?
- Нормально, почти сразу распределили по участкам. К нашей команде из восьми человек присоединили ребят из Белгорода. Мы отправились на автобусах в Еврейскую автономную область. Предстояло защищать от наступающей воды железнодорожную станцию Приамурская и поселок Тельмана с речным портом. Всего в зону нашей ответственности попало почти семь тысяч человек.
- Последствия затопления на самом деле были такими ужасными, как показывали по телевидению?
- На самом деле еще хуже. Ехали через Хабаровск по знаменитому мосту. Картина жуткая — вода везде, насколько хватало глаз.  Одноэтажные дома скрыло практически по крышу, дороги затоплены.
 


10 километров на 15 человек
- Бытовые условия для себя организовывали сами?
- Нам предоставили купейный вагон на станции. Правда, ни тепла, ни электричества, ни воды в нем не было. С собой привезли генераторы, договорились с обеспечением водой. Местную воду пить было нельзя, она из скважин, а они затоплены - вся грязь, естественно, попадала туда. Но даже по нескольку раз фильтрованную воду все равно приходилось кипятить два-три раза. На ней только готовили. Для питья покупали пятилитровые канистры. Запасы еды с собой привезли. Но питались, правда, в основном в столовой. Хотя у нас и плитка на газу, и кастрюли с собой были. Мылись в бане - без нее никак.
- Что входило в вашу задачу?
- В первые дни сосредоточились на защите порта в поселке Тельмана. Сначала на «КамАЗах», а затем по железной дороге нам привозили песок - мы его загружали в мешки. Мешки укладывали по краю дамбы, до определенного уровня, а самосвалы подсыпали к ним щебень и песок. Всего у нас на пятнадцать человек было четыре дамбы. Каждая по полтора километра длиной. Плюс три километра берега порта и километровый участок железной дороги. Ширина дамбы два метра, чтобы «КамАЗ» прошел. Если бы вода прорвала дамбы, то и поселок Тельмана, и порт, и станция с железной дорогой ушли бы под воду.
- Насколько высоко поднимали дамбы?
- Вода практически ежедневно прибывала на 10-15 сантиметров, на столько же приходилось поднимать и дамбы. Когда мы приехали, уровень воды составлял 620 сантиметров. К концу командировки он вырос до 870 сантиметров. Работать приходилось по 12-14 часов. В день грузили до 90 тонн песка. Из Новосибирска спасатели приехали, посмотрели на нашу работу да и уехали. Не смогли выдержать такого темпа.
- Погода не мешала?
- С утра дождь, днем плюс тридцать, к вечеру страшный ветер и волны.

 

Люди везде остаются людьми
- Местные жители помогали?
- Как сказать. В основном, конечно, да. Техникой выручали. Один осетин возил нас на своем автобусе к месту работы, другой дедушка тоже на собственном тракторе помогал мешки с песком развозить.
- А что значит «как сказать»?  
- Понимаете, люди разные. Бывало, мы дамбу построим, а на следующий день кто-то на ней сидит, рыбу ловит. Мы работаем, мешки песком загружаем, бегом их укладываем, а народ неподалеку отдыхает — шашлыки жарит. «Вы, мол, сюда за медалями приехали, вот и работайте».

 


- Во время бедствий часто находятся люди, стремящиеся поживиться за счет пострадавших или государства. Мародеры, хитрецы разные. Вам таких встречать не доводилось?
- Мародеров не видел. Но в поселке Комсомольск, например, поймали семью - они по ночам раскапывали дамбу, чтобы их дом затопило. Рассчитывали, видимо, или новое жилье получить, или солидную компенсацию. Ребята днем делают, а они с лопатами приходили и разрывали. Насколько я знаю, там уголовное дело завели. Но все же нам встретилось больше порядочных и добросердечных местных жителей. Одна пожилая пара приносила нам молоко и лаваши. Бабушка, жившая неподалеку, снабжала зеленью и огурцами со своего огорода.

Однажды ночью
- Практически любая подобная командировка не обходится без ЧП. Наверняка и у вас что-то подобное происходило. Расскажите.
- Однажды ночью подняли по тревоге. Железнодорожники нас подвели. Слишком мало уложили мешков, и резко поднявшийся уровень воды прорвал дамбу. Пришлось срочно выезжать. Хорошо, у нас был неприкосновенный запас мешков с песком. В тот раз мы работали почти двое суток. Валили деревья, пилили, засыпали их песком. Воду остановили. В другой раз сообщили, что в затопленном доме дедушка парализованный упал с кровати и сломал ногу. «Скорой» не добраться, поехали его эвакуировать. Надели костюмы и по воде на носилках вынесли бедолагу.
- Леонид Николаевич, на вашем счету не только Дальний Восток, но и Крымск. Если сравнивать Крымск и Приморский край, где было страшнее?
- Безусловно, в Приморском крае - я таких масштабов еще не видел. В Крымске все произошло быстро, но, к сожалению, людей много погибло. А здесь на несколько месяцев трагедия растянулась. Люди неделями ждали, пока вода уйдет.

 

Чувства и эмоции необходимо отключать
- Давайте немного отвлечемся от темы наводнений. Я знаю, что вы принимали участие в ликвидации последствий катастрофы Як-42 в Туношне, в которой погибла команда «Локомотив». Расскажите немного о том, когда вы туда попали и что там происходило?
- Мы выехали в Туношну в тот же день. Сначала искали и доставали из воды тела погибших хоккеистов и членов экипажа, а затем собирали обломки самолета. По всему месту катастрофы лежали клюшки, коньки, личные вещи. Тела ребят и экипажа сильно пострадали...
- Увиденное давило на психику?
- Я в такие моменты стараюсь все чувства отключить. Иначе работать невозможно. Помню сильный запах гари и керосина. Сразу все было оцеплено тройным кольцом. Всем запретили снимать видео и фото.
- Леонид Николаевич, как ваши близкие относятся к работе спасателя?
- Привыкли, что меня часто дома не бывает. Кстати, мои дочери занимаются танцами и музыкой и регулярно ездят с выступлениями. Так что это у нас семейное (смеется).

 

Справка
От наводнения на Дальнем Востоке пострадало почти 170 тысяч человек. На борьбу со стихией в Приморский край были стянуты немалые силы МЧС со всей страны. Сосредоточенная в зоне бедствия группировка в пиковый период имела в своем распоряжении 46 тысяч спасателей и более 7,5 тысячи единиц техники. Среди них были и костромичи.


Алексей ВОИНОВ
Фото из архива ГУ МЧС Костромской области

Партнеры