Юрий Ершов: На большие города не замахиваемся

В этом бизнесе есть что-то ностальгическое, отсылающее к девяностым годам. У современных торговцев-челноков уже нет клетчатых сумок, и бандиты к ним разбираться не приходят. В те далекие годы, когда этот бизнес только начал развиваться, маленький Юрий Ершов с мамой ездил по городам, а сейчас это его бизнес. Что-то общее с челноками у современного торговца все же осталось — все законы рынка они узнают на собственном опыте, сами определяют и стратегию развития. Поэтому выиграть партию в шахматы у корреспондента «СП-ДО» Людмилы МАКСИМОВОЙ Юрию не составило труда. При этом он успел рассказать, каково это - ездить торговать по маленьким городам и почему он не обижается на презрительное «торгаш».

- Для меня челночный бизнес - это уже что-то ностальгическое, связанное с советской эпохой и клетчатыми сумками. А для вас?
- Да, действительно, челночный бизнес - это целая эпоха. Начало 1990-х годов Россия (и другие государства СНГ) встретили полным упадком экономики, массовой безработицей и дефицитом товаров. Людям нечего и не на что было покупать, заработать тоже особенно было негде. Вопрос «где взять денег?» был тогда основным для многих. Благодаря легкости выезда за границу и относительной либеральности таможенных законов люди начали ездить за товарами в другие страны. Разваленная нищая экономика и породила феномен челночного бизнеса. За этим – целая эпоха в жизни страны. В челночный бизнес ударились представители самых разных профессий и социальных групп – от военных до учителей. Очень для многих этот бизнес стал основным источником дохода. Накрутка на товары тогда составляла сто-двести процентов, в некоторых случаях и все пятьсот. Удачливые челноки делали состояние буквально за год-два. Соответственно бизнес расширялся и обзаводился инфраструктурой. Из челночного бизнеса выросли и некоторые широко известные сейчас торговые сети.  

 


- Многое с тех пор изменилось. То, чем вы занимаетесь сейчас, совсем не похоже на 90-е?
- Раньше этот труд был рискован и нелегок. Часто автобусы с челноками подвергались разбойным нападениям. Людей грабили, убивали. Происходили конфликты с другими предпринимателями, преступными элементами, проверяющими органами. С конца 1990-х этот рынок начал меняться. Постепенно стало невыгодно самостоятельно возить товары, и количество челноков начало стремительно сокращаться. Особую роль сыграло то, что уровень жизни населения повысился, и заниматься таким рискованным делом было готово все меньше людей. Сейчас в крупных городах рыночная торговля приобрела более упорядоченный характер, и челноков в них осталось ничтожно мало. Но в других регионах этот вид бизнеса распространен и сейчас.
- Вообще откуда пошло это название – «челнок»?
- По аналогии с приспособлением для шитья — челноком, который в процессе работы перемещается от одного края полотна к другому. А эта деятельность также подразумевает постоянные переезды от места закупок товара к месту их сбыта и обратно.
- Что способствует развитию этого бизнеса в регионах?
- Челноки всегда были, есть и будут, без этого никуда. И это обусловлено различного рода факторами, главным из которых является то, что челноки не регистрируют свою деятельность в России в качестве юридических лиц (как предприятия или фирмы), а получают лицензию на право ведения розничной торговли. Это самый основной, на мой взгляд, фактор, из-за которого челночный бизнес так популярен. Ведь лицензию получить и легче и не так материально затратно, нежели регистрировать фирму. Хотя ошибочно полагать, что челноки — это только мелкие торговцы. В 90-х годах XX века существовали предприниматели, перевозившие товар на специально нанятых автобусах и имевшие десятки торговых точек на рынках, зачастую оптовых.
- С чего вы вдруг решили заняться торговлей?
- Торговлей начала заниматься еще давно моя мама. С 1993 года ездила по рынкам в нашем городе. Я еще маленький был тогда. Начали в Шарье в основном, но помню еще, как на электричке ездили в ближайшие города. Мама брала меня с собой, не с кем было оставить. Когда подрос, начал помогать ей. Летом и на школьных каникулах ездили вместе. Я следил, чтобы не унес никто ничего лишнего. Потом окончил техникум, мы купили большую машину, начали ездить по городам. Сначала вместе работали, потом мама уехала из города, я стал один этим заниматься. Сперва небольшой ассортимент был, потом стал потихоньку расширяться. Я начал ездить не по рынкам, а по клубам с распродажами.

 


- Почему выгодно ездить по городам, а не открыть свой магазин и торговать спокойно, на одном месте?
- В основном ездим по районам, где есть маленькие села. Вот у нас в Шарье, например, достаточно магазинов. В любой момент приходи и покупай. А взять те же Пыщуг, Павино, Боговарово, Нею, Кологрив – это все маленькие города. Там населения всего пять-десять тысяч. Нет больших магазинов, существует только ярмарочная торговля. Причем ее организуют всего один раз в неделю. В каждом городе свой день отведен для торговли. И в течение недели можно съездить по разным городам. Открывая свой магазин, нельзя забывать, что существует большая конкуренция. И надо каждый день работать. Причем человек к тебе в любой день может зайти, причем не факт, что именно к тебе. А в маленьких селах один день всего, и выбора у жителей нет. Они в любом случае к тебе пойдут. Если сначала мы стояли в Шарье, потом начали по районам ездить, то сейчас я уже езжу по всей Центральной России. Но всегда - по маленьким городам. На большие города мы не замахиваемся. Там расходы большие.
- Насколько успешен этот бизнес сейчас? Большие деньги на нем можно заработать?
- Сейчас много кто таким бизнесом занимается. Хотя последние годы он не так успешен. Лет пять назад он был очень прибыльный. А сейчас большая конкуренция, доход меньше становится. Если раньше ты один раз в месяц приедешь в какой-нибудь город, то сейчас твои конкуренты еще раза три-четыре приедут туда за этот месяц. Раньше мало ездили, и цены за аренду клубов были меньше. Сейчас расходы больше, конкуренция больше, а прибыль уменьшилась. Хотя некоторые, те, кто начал заниматься этим еще в 90-е, имеют сейчас миллионные доходы.
- Какова затратность этого бизнеса? Окупает ли он себя?
- Не сказал бы, что затраты здесь меньше, чем если открыть свой магазин. Деньги, бензин, плата за аренду зала для торговли – все это большие затраты. Привлечь покупателей помогает дешевая цена и большой ассортимент. Мы торгуем всем. От носков и полотенец до шуб. Есть все товары для всей семьи. К нам так и приходят – семьями.  Хотя наш контингент больше взрослые люди, молодежь редко ходит. Они предпочитают в магазинах одеваться.
- Дешевизна – отличительная черта такого бизнеса.
- Наш товар эконом-класса, все самое простое и дешевое. Шубы не норковые, искусственные, дубленки и пуховики стоят по две тысячи рублей, куртки есть по шестьсот рублей. Самый ходовой товар – по сто рублей. Это полотенца, скатерти, носки, футболки. Мы проводим распродажу с оптовых складов по низким ценам. Цены выходят ниже, чем в магазинах, хотя некоторые сотрудничают с теми же оптовиками. Мы берем количеством. Поэтому накрутка у нас  всего тридцать-сорок процентов. В некоторых магазинах, как я знаю, она доходит до ста процентов. Но при этом мы продаем товара в десять раз больше. Существует сезонность, как в магазинах. Осенью продаем куртки, зимой - шубы, летом - футболки. Конечно, начинаем привозить заранее, но не на сезон раньше.
- Говорят, продавцы должны быть тонкими психологами.
- Не так давно сам увлекся психологией. Изучал законы поведения людей, и некоторые проверял на своей работе. Так, например, есть такой, что люди не хотят чувствовать себя бедными. Поэтому если поставить два идентичных товара с ценником с небольшой разницей, то станут покупать товар дороже. Разница при этом должна быть невелика. Я сам пробовал делать одинаковые футболки с разной ценой. И действительно, люди брали охотнее те, что подороже. Хотя они были такие же, как и те, что дешевле.
- Где берете товар? Как удалось найти поставщиков?
- В основном покупаем со складов у оптовиков в Москве. Из-за того, что мы берем большое количество товара, пытаемся выйти не через реализаторов, а непосредственно на человека. Есть так называемые рыночные зоны, где торгуют оптом, но небольшими партиями. Нам надо выйти на хозяина. Потому что у него может быть пять точек, и продавцы, которые работают под проценты с накруткой. Мы пытаемся выйти напрямую на него и взять большим количеством товара. Поэтому мы и можем позволить продавать вещи со скидкой. Закупаться езжу сам. Как продадим одну треть товара, так едем в Москву. Получается, в среднем ездим раз в неделю.
- В чем может состоять развитие такого бизнеса?
- Расширение происходит в объеме товаров, захвате большего числа городов, большего количества рабочих дней. Я нанимаю продавцов для продажи, хотя сам тоже работаю. Товара много, и надо всем подсказать, помочь, подобрать размер. Мы созваниваемся, договариваемся с клубом, нам дают большой зал. В каждом городе есть свое помещение, где проводятся выставки-распродажи. Нам есть куда наращивать объемы. Можно нанять вторую бригаду, чтобы без меня ездила. Тогда удастся захватывать сразу два города одновременно.
- В Кострому невыгодно поехать с такой распродажей-ярмаркой? Ведь у нас они тоже проходят.
- Некоторые ездят и в Кострому, но я бы туда не поехал. Насколько знаю, туда больше ездят с кожей, мехом. Дорогими, натуральными вещами. У нас же - дешевый товар. Кострома, по сравнению с маленькими городами области, дорогой город, где у людей есть деньги.
- С конкурентами как взаимодействуете?
- Они есть не только в Шарье. Приезжают из разных городов, и многих я просто не знаю. Бывает, что встречаемся в одном городе. Когда клуб такое делает, обычно он предоставляет нам два разных помещения. Для нас, конечно, такая ситуация плохая, а организаторы зарабатывают на этом деньги. Хотя бывает, что и хорошо, когда под боком конкуренты. Если, например, у них цены выше. Хорошо для сравнения. Бывает, что другие приехали не с таким же товаром. Часто приезжают фабрики с дорогими вещами, и наши интересы никак в таком случае не пересекаются.
- Такая деятельность предполагает постоянную работу. Поездки то в один город, то в другой. Но ведь есть периоды, когда ты отдыхаешь. Не жалко деньги терять?
- Отдыхая, чтобы дома какое-то время находиться. Потому что, пока ты ездишь по городам, дома фактически не живешь. Мне не жалко, что за период отдыха я теряю деньги. Надо же жить когда-то.
- А как обстоят дела с налогами, проверками?
- Я не люблю бумажную волокиту. Эту работу делает бухгалтер. С меня требуется просто оплатить сумму. Да, налоги большие, но мне не понять, как закрываются магазины из-за налогов. Ведь если бизнес не приносит такой прибыли, что ты не можешь заплатить налоги, то что это за бизнес такой? Проверки проходят регулярно. Проверяют соответствие товара, наличие сертификатов, накладных. У меня все это имеется, но я особо в бумаги не вникаю. Когда ко мне приходят с проверкой, я достаю папку с документами толщиной пять сантиметров и говорю, какие документы надо – сами ищите.
- Есть такое презрительное выражение «торгаш». Но ведь, по сути, и тебя так можно назвать. Оно тебя не обижает? Не хотелось бы открыть свое производство, а не торговать чужими футболками?
- Меня это слово не обижает. Об открытии своего производства думал, но рынок переполнен, и надо искать что-то новое. Какие-то инновации. Несколько задумок уже есть. В целом среди самих челноков преобладают достаточно трезвые оценки перспектив такого бизнеса. Для большинства это способ заработать себе на жизнь, не всегда совпадающий с личными устремлениями. Остаются те, кто смог подняться и поставил это дело на поток, стал хозяином. Мне этот бизнес приносит постоянный, регулярный и надежный доход. Но потом начну делать что-то другое.

Партнеры